«Зажмуриться и сделать, как кажется правильным». Интервью с Алексеем Абаниным и Анной Устюжаниновой

Интервью

Поп-культура – то, с чем мы проживаем каждый день: просмотр сериалов, фильмов, анимации, игры в компьютер и приставку, чтение комиксов. Кто мы – кидалты? Так мы убегаем от трудностей реальности? Или находим в этом помощь и поддержку? На эти темы запустило подкасты «2×2.медиа».

В этом материале мы поговорили с Алексеем Абаниным, продюсером «2×2.медиа» и Анной Устюжаниновой, ведущей подкаста «Эскейп» о проектах, целях создания и возможности симбиоза телевидения и диджитал.

Аудиоверсия интервью уже доступна на всех платформах.

Как начался ваш подкастинговый путь?

У нас никогда не было желания просто запустить подкасты. Подкасты ведь не про успех. Чтобы достичь успеха в подкастинге, надо заморочиться и потратить много времени, ресурсов и денег.

Поэтому чуть больше двух лет назад было понимание, что нужно развивать диджитал на «2×2». Он, конечно, был, но мы поняли, что нужно расширять редакцию, делать гораздо больше, писать не только про анимацию, не только о том, что показывают в телевизоре, а двигать диджитал в сторону понимания общей гик-культуры, поп-культуры, или, как мы потом назвали – кидалт-культуры.

У нас не стояла задача запустить контент ради контента. Мы осознавали, что когда он будет более удобоваримым в аудио, тогда мы запустим.

Алексей Абанин

Продюсер «2×2.медиа»

Анна Устюжанинова

Редакторка подкаста «Эскейп»

​​Мы никак не могли нащупать частичку, в которой мы могли поженить поп-культуру, анимацию, игры и реальную взрослую составляющую. То есть, рассказывать про налоги на примере Симпсонов – не факт, что сработает.

Алексей: Делали мы диджитал, начали развивать редакцию, нас стало больше, мы поняли, о чём мы хотим писать, как и для чего. Начали стремиться запустить «2×2.медиа» и сделали это в декабре прошлого года. Пока мы готовились, стали смотреть в другие русла.

Поэтому одной из важнейших вещей для нас было: с одной стороны, то, что взрослые люди могут смотреть мультфильмы, играть в игры, и это не зазорно, не гиковость – это норма миллениальской жизни. С другой стороны, нам хотелось показать, что мультики, анимация, сериалы, игры и комиксы могут помочь этому взрослому человеку с чем-то.

Всё больше появлялось таких тем. Однажды Аня взяла интервью у своего крёстного дяди про его алкогольную зависимость, и как ему помог мультсериал «Конь БоДжек».

Анна: Мой крёстный был сильным алкоголиком, и ничто ему не помогало. Он посмотрел «Коня БоДжека» и решил, что больше не стоит пить. Он завязал и до сих пор не пьёт.

Я пишу про историю в наш общий чат, и Лёша переходит на капс:

ВОТ ЭТО ОНО! ВОТ ТАКИЕ ИСТОРИИ НАМ НУЖНЫ!

Тогда разговор ещё был в формате текста: мы его расшифровали и выпустили. Это стало у нас регулярной рубрикой.

Примерно через пять-шесть месяцев случилось так, что у меня самой была история, где я прошла через не самый приятный жизненный опыт. Мне из этого помогла выбраться игра. Чуть-чуть отойдя от эмоций, я поняла, что это та история, которую можно попробовать рассказать. Мы с Лёшей объединились, сделали текстом, выпустили на сайт. Вдруг в твиттере в ответ на эту историю отвечает Евгений Фельдман – фотограф и говорит, что у него есть похожая история про то, как ему помогла справиться игра с ПТСР. И он бы хотел попробовать поговорить на эту тему.

Алексей: Мы поняли, что было бы круто эти тексты делать форматно по-другому, потому что очень сложно почувствовать те эмоции, которые человек тебе отдаёт. Это точно должно быть аудио. Аня взяла всё на себя и понеслось.

Анна: Мы подумали, что когда пробовать, если не сейчас. Человек с именем, историей, который вписывается в канву того, что мы хотим делать – давайте попробуем на этом месте запустить подкаст. Мы не понимали, что делать, как запускать, как неправильно, какие ошибки.

Мы зажмурились и: «Давай, что-то получится». И, кажется, что-то получилось.

Бюджет пилота «Эскейпа» – полторы тысячи на студию. Ещё за обложку заплатили.

Оказывается, что не нужно было никаких дорогостоящих курсов проходить. Нужно было просто зажмуриться и понять, что так можно и так работает.

Первый шаг к побегу

Вы запустили «Эскейп». Как понимали, насколько он вышел удачно?

Алексей: Для нас первоначальной задачей было показать, что мы теперь немножко другие: мы теперь действительно взрослые люди про взрослую анимацию, которые говорят про то, что эта взрослая анимация может менять жизни. Это иной подход, которого в медиа не было. Сейчас всё больше и больше пишут об этом, но этого всё равно мало. Мы стараемся делать это на постоянной основе.

Поэтому для нас критериями условного успеха было то, что мы, во-первых, в принципе запустились: у нас не было никакого опыта записи подкастов, и Аня смогла продолжать параллельно заниматься основной работой. С другой стороны, нам важно было получить фидбек. Опять же, показателем успешности, мне кажется, можно считать то, какой фидбек мы считывали: мы видели отклик о том, что наш проект – что-то новое, классно поданное. Больше всего цепляет, когда пишут: «Аня, спасибо, вы помогли мне».

Здесь в первую очередь была история про получение фидбека, запуск и распространение новой информации о «2×2».

Анна: Мне очень много присылают на почту безумно слезливых историй, над каждой из них я плачу. Не все герои готовы рассказать их в «Эскейпе». Просто человеку нужно высказаться, и я всегда очень рада такие истории почитать: сразу кажется, что я делаю что-то важное. Люди в основном пишут, что они лучше понимают себя благодаря «Эскейпу». Мне кажется, это невероятно важно, и если я хотя бы трём людям помогу чуть-чуть лучше понять себя, то всё это того стоит.

Но самым взрывным для меня моментом было, когда я села в машину к своему другу, и он подключил телефон к плееру. Я вижу, что там последнее воспроизведенное – один из выпусков «Эскейпа». Он сам ехал в машине и слушал. Это работает, люди это слушают. Не потому, что я – близкая знакомая и нужно как-то погладить меня по голове, а потому, что хочется. Не укладывается в голове, что так бывает.

Но главное, что люди пишут, что они сами себя понимают благодаря подкасту.

Алексей: Всех радовало, когда мы были на главной Яндекс, Apple и т.д. Анин подкаст был в подборках и журнале «Аэрофлот». Но это не самое главное, у нас даже KPI не было никаких.

Анна: «2×2» не ставили показателей. Никогда не было, что вот здесь зацензурим, здесь выкинем – такого даже близко не было. Удалось сохранить целостность формата.

Показатели были мои личные: я хотела к концу второго сезона больше 100 тысяч прослушиваний.

И мы на момент запуска второго сезона попали в баннерный фичер Apple Podcasts, когда там были перестановки. Он весел три месяца на третьей-пятой позиции. От этого капали подписчики.

К моменту запуска второго сезона получилась хорошая база, которую мы не ожидали.

100 тысяч прослушиваний мы прошли на шестом эпизоде второго сезона. Свой личный KPI я закрыла, канал счастлив, все счастливы, медиа счастливо и, кажется, это вин-вин со всех сторон.

Алексей: Так что сейчас мы с Аней придумаем, как сформировать критерии успеха третьего сезона. Но я надеюсь, главным критерием будет – продать кому-то, чтобы были спонсорские интеграции. Тогда это будет большой успех.

Какой подкаст выбрать?

«Эскейп» — это подкаст о людях, которым разные методы развлечения помогли справиться с каким-то тяжелым, травмирующим опытом. Смерть близких, депрессия, посттравматические расстройства, абьюз.

Выбрав этот подкаст, вы прочитаете историю о том, как Анна взаимодействует с гостями подкаста, как находит героев и почему один выпуск не вышел.

Насколько отличалась работа над подкастами от текстов?

Анна: Основная идея была в том, что мы не до конца были уверены, что это получится именно подкаст: мы шли разговаривать в студию, записывали. Если получится подкастовая история – класс, если не получится – расшифруем и пустим текстом. Именно это стало успокаивающей точкой: я не думала, что надо как-то особенно писать сценарий, особенно продумывать путь интервью. Я написала вопросы про то, как раскрыть героя, у которого есть вот такие вводные, и я хочу, чтобы он рассказал мне свою историю.

Я очень эмпатичный человек, иногда это доставляет проблемы, но в раскрывании людей, в разговорах на какие-то искренние, честные темы – думаю, это сработало бы в любом формате. Я села на этот поезд и ехала.

Как вы находили истории?

Анна: С поиском героев сработало всё: то, что я оставляла в описании эпизодов свою почту, что в некоторых выпусках призывала, чтобы слушатели рассказывали истории, делились ими, то, что есть маленькая твиттерская тусовка, которая охватывает широкий круг, и когда я кинула клич про поиск героев, Анатолий Ноготочки репостнул, потом ещё и со своей историей пришёл, но уже во второй сезон. То есть, это всегда было «уф, как повезло».

Когда запаса не было, помогало чисто чудо: откуда-то в нужный момент писали люди на почту, в инстаграм, твиттер.

В некоторых выпусках были мои друзья, а всё остальное – сарафанное радио.

Даже сейчас у меня есть небольшой запас героев, к которым я могу прийти.

А много было историй, которые оказывались неподходящими?

Анна: Была одна единственная запись. Женщина нашла меня на Facebook. У неё была довольно клёвая по заявке история: она переехала в штаты из России и не могла никак влиться в школу. Она ещё въехала в середине года – стандартная голливудская история. И ей помог просмотр «Бивиса и Баттхеда» по MTV, она начала в школе разговаривать их фразами. К ней потянулись люди со всех сторон.

Но я была не очень скилловым интервьюером на тот момент, и запись ушла немного не туда. Она очень много разговаривала про свою личную жизнь, фестивали, подруг и парней. Мне не хватило нервов, потому что она так искренне про это рассказывала, что я не могла понять, где её остановить.

Если будет третий сезон, то может быть я попробую к ней вернуться.

А как нарабатывался навык?

Анна: Я в какой-то момент начала разбирать Урганта, Познера и Дудя с точки зрения того, как они шли к тем или другим вопросам. Это мне помогало: в какой-то момент я понимала, что по ходу интервью могу определённую линию провести.

Но вообще всегда помогают два стандартных пути: почему и как.

Когда тебе что-то рассказывают, то спроси: «Как ты к этому пришёл? Почему ты пришёл именно к этому? Почему пришёл таким путём? Что ты чувствовал в этот момент?».

Какой опыт героев ты пробовала на себе?

Анна: Мне кажется, в какой-то момент я перенимала каждую из методик чуть-чуть на себя. Особенно действенная методика из выпуска с Кариной Истоминой про «Южный парк». Карина рассказывала, что ей помогает с тревожностью: она смотрела «Южный парк», где совсем всё плохо.

Я прихожу на запись и вот готовая терапевтическая методика, которая действенна в борьбе с тревожностью. Никогда не произойдёт самое страшное, о чём ты думаешь. А если и произойдёт, то ты в голове это уже представил. Ты чуть-чуть уже это пережил.

Ещё классная методика, которую я ещё не пробовала на себе – из выпуска про Disco Elysium. Тебе приходится разговаривать с какими-то составными частями своей головы, своего внутреннего мира: вот здесь эмпатия, здесь тяга к алкоголю, чувство юмора и т.д. Это помогает разложить себя на составные части. Понимание того, что ты, как целостный человек, состоишь из очень большого количества отдельных подчастей, облегчает жизнь. В кризисные ситуации ты понимаешь, к какой конкретной части есть смысл обратиться.

Было ли тебе тяжело при работе над таким эмоциональным подкастом?

Анна: Я погружаюсь в историю четыре раза: когда договариваюсь, продумываю вопросы, веду интервью и монтирую.

Честно, как человек с высоким уровнем эмпатии, я, мне кажется, плакала после каждой записи. Это было катарсисом. Каждая история заканчивается на светлой ноте, но в процесс приходится всё проживать с героем, и это такой взрыв внутри. Девушка приходила и рассказывала, как она жила в домашнем рабстве, и я помню, что на записи физически зажалась. То есть, администратор студии за всем этим наблюдала со стороны, а после записи подошла и сказала: «Ань, у тебя плечи закрывали уши во время записи».

Но оно того стоит. Во-первых, это правда за счёт того, что в конце всегда есть что-то светлое и хорошее – мне кажется, это вообще основная составляющая «Эскейпа». Вместе с тем, что я плохую часть проживаю с героем, я и хорошую тоже проживаю. В конце это всегда выход и облегчение, что светлое есть. Есть хорошее на любом дне.

Алексей: Подкаст вылился из понимания того, что мы пишем про кидалт-культуру, но мы не знаем, кто такие кидалты. Мы знаем теорию, но нам надо знать практику.

Это история о том, как узнать гораздо больше об аудитории от разных людей и забрать это себе.

Выбрав этот подкаст, вы прочитаете историю о запуске подкаста, цели видеоформата для «Ты кидалт» и «Эскейп» и выборе гостей.

Расскажи, про «Ты кидалт»: почему запустил и почему добавил видеоформат?

Алексей: Мы создавали диджитальное медиа про кидалт-культуру. А что такое кидалт-культура? Если бы у нас были вокруг похожие медиа и СМИ, мы бы ориентировались на них, посмотрели бы на их опыт работы с аудиторией. Но, к сожалению, про кидалт-культуру никто не пишет и не выделяет даже это слово.

Мы могли провести тысячу встреч по зуму с нашей аудиторией и поспрашивать у них, как они живут, что употребляют из поп-культуры. Но гораздо интереснее стало разговаривать не только с людьми, потребляющими поп-культуру, но и с теми, кто создаёт эту культуру. Если ты будешь разговаривать с теми, кто работает с этой же аудиторией, то сможешь узнать подробности о ней. Эти инсайты ты и забираешь себе в медиа.

Причём название появилось очень давно: мы часто говорили «кидалт-культура», «кидалт», и всплывала песня «Ты кидал» группы «5’nizza», и мы хотели когда-нибудь сделать из этого «Ты кидалт».

В отличие от подкаста «Эскейп», который можно делать очень долго, «Ты кидалт» нет смысла затягивать, потому что его главной задачей было лучше понять, для кого работает редакция «2×2.медиа».

Итогом подкаста «Ты кидалт» будет большой-большой документ, где будет очень подробно расписано поведение аудитории кидалтов.

Очень сложно охватить большую аудиторию, но хочется, чтобы слушало гораздо больше и не те, кто сидят на всех подкастерских сайтах и сервисах – хочется выходить чуть-чуть в сторону. Поэтому мы сделали видеоверсию.

У нас нет денег на большой продакшн: я ставлю одну камеру на штатив, не смотрю, записывает ли она, поэтому есть видосы, которые заканчиваются где-то на середине, а потом идёт заглушка с надписью: «Камера села, извините». Но всё равно есть понимание, что видеоверсия нужна.

Мы выкладываем подкаст на YouTube ради алгоритмов. Если бы в подкастинге были алгоритмы, то не было бы никаких вопросов.

Это, кстати, очень заметно. «Ты кидалт» слушают в два раза меньше, чем «Эскейп», иногда в три. Но, например, выпуск с Замаем из «Антихайпа» на YouTube собрал больше десяти тысяч просмотров. В подкастинге это считается хорошей цифрой.

 

Поэтому абсолютно логично делать видеоверсию или любую другую, но вытаскивать этот продукт туда, где работают алгоритмы.

Как ты выбирал гостей в «Ты кидалт?»

Алексей: Во-первых, было понимание – нам нужны люди, которые работают с кидалт-культурой. Я выписал себе области. Сначала по платформам: тикток, ютуб, подкасты, потом уже тематические вещи: какие люди читают комиксы, смотрят сериалы, анимацию и так далее. У тебя есть облако тегов, из которых ты начинаешь выбирать отдельных персонажей.

В первых выпусках я просто брал интервью у своих знакомых, но они все равно были люди с экспертизой. Я набивал себе шишки и учился. Потом уже переходил на людей, которых не знаю.

Сейчас я уже не так сильно волнуюсь. Если, например, подкасты «Эскейп» или «Поп-девичник» девчонки очень сильно монтируют, то в «Ты кидалт» история вообще не про это, а про узнавание инсайтов. Мне хотелось сделать разговорный, нишевый продукт и ничего особо не резать. Поэтому самое сложное было научиться час-полтора разговаривать без запинок. Ты понимаешь, что у тебя одна попытка без возможности остановиться.

Алексей: У подкаста чёткая задача – в основном сайты про поп-культуру или гик-культуру потребляют мужчины, и мы много об этом думали – почему это так, и если это так, зачем тогда писать о компьютерных играх для девушек.

Было интересно исследовать, поэтому этот подкаст выполняет задачу привлечения женской аудитории.

Выбрав этот подкаст, вы прочитаете историю о том, как проходит работа над «Поп-девичником» и что ждёт подкаст в будущем.

Потом у вас запустился «Поп-девичник». Расскажи, как здесь проходила работа?

Алексей: Девчонки записали первый выпуск, но отдельно от «2×2.медиа». Тогда я предложил это делать в рамках медиа, потому что этот подкаст выполнял чёткую задачу – в основном сайты про поп-культуру или гик-культуру потребляют мужчины, и мы много об этом думали – почему это так.

Мы не только в контексте подкаста затрагивали эту тему, но и на сайте. И там мы встречались с очень жёстким прессингом от токсичных геймеров. Но это всё равно интересно исследовать.

Мне кажется, тут есть куда расширяться, куда смотреть.

«Ты кидалт» рано или поздно закончится, у «Эскейпа» будет третий сезон, что с «Поп-девичником»?

Алексей: Сейчас девчонки взяли перерыв на месяц-два. Они сходят в отпуск, и мы начнём думать о том, как бы это развивать и расширять. В «Ты кидалте» я вижу постоянный рост по чуть-чуть, который не зависит от темы.

В «Поп-девичнике» схватили одну цифру, так вот она и есть. Она стабильная, но, кажется, нужно идти шире, развиваться.

Насколько отличалась работа над подкастами от текстов?

Анна: Основная идея была в том, что мы не до конца были уверены, что это получится именно подкаст: мы шли разговаривать в студию, записывали. Если получится подкастовая история – класс, если не получится – расшифруем и пустим текстом. Именно это стало успокаивающей точкой: я не думала, что надо как-то особенно писать сценарий, особенно продумывать путь интервью. Я написала вопросы про то, как раскрыть героя, у которого есть вот такие вводные, и я хочу, чтобы он рассказал мне свою историю.

Я очень эмпатичный человек, иногда это доставляет проблемы, но в раскрывании людей, в разговорах на какие-то искренние, честные темы – думаю, это сработало бы в любом формате. Я села на этот поезд и ехала.

Как вы находили истории?

Анна: С поиском героев сработало всё: то, что я оставляла в описании эпизодов свою почту, что в некоторых выпусках призывала, чтобы слушатели рассказывали истории, делились ими, то, что есть маленькая твиттерская тусовка, которая охватывает широкий круг, и когда я кинула клич про поиск героев, Анатолий Ноготочки репостнул, потом ещё и со своей историей пришёл, но уже во второй сезон. То есть, это всегда было «уф, как повезло».

Когда запаса не было, помогало чисто чудо: откуда-то в нужный момент писали люди на почту, в инстаграм, твиттер.

В некоторых выпусках были мои друзья, а всё остальное – сарафанное радио.

Даже сейчас у меня есть небольшой запас героев, к которым я могу прийти.

А много было историй, которые оказывались неподходящими?

Анна: Была одна единственная запись. Женщина нашла меня на Facebook. У неё была довольно клёвая по заявке история: она переехала в штаты из России и не могла никак влиться в школу. Она ещё въехала в середине года – стандартная голливудская история. И ей помог просмотр «Бивиса и Баттхеда» по MTV, она начала в школе разговаривать их фразами. К ней потянулись люди со всех сторон.

Но я была не очень скилловым интервьюером на тот момент, и запись ушла немного не туда. Она очень много разговаривала про свою личную жизнь, фестивали, подруг и парней. Мне не хватило нервов, потому что она так искренне про это рассказывала, что я не могла понять, где её остановить.

Если будет третий сезон, то может быть я попробую к ней вернуться.

А как нарабатывался навык?

Анна: Я в какой-то момент начала разбирать Урганта, Познера и Дудя с точки зрения того, как они шли к тем или другим вопросам. Это мне помогало: в какой-то момент я понимала, что по ходу интервью могу определённую линию провести.

Но вообще всегда помогают два стандартных пути: почему и как.

Когда тебе что-то рассказывают, то спроси: «Как ты к этому пришёл? Почему ты пришёл именно к этому? Почему пришёл таким путём? Что ты чувствовал в этот момент?».

Какой опыт героев ты пробовала на себе?

Анна: Мне кажется, в какой-то момент я перенимала каждую из методик чуть-чуть на себя. Особенно действенная методика из выпуска с Кариной Истоминой про «Южный парк». Карина рассказывала, что ей помогает с тревожностью: она смотрела «Южный парк», где совсем всё плохо.

Я прихожу на запись и вот готовая терапевтическая методика, которая действенна в борьбе с тревожностью. Никогда не произойдёт самое страшное, о чём ты думаешь. А если и произойдёт, то ты в голове это уже представил. Ты чуть-чуть уже это пережил.

Ещё классная методика, которую я ещё не пробовала на себе – из выпуска про Disco Elysium. Тебе приходится разговаривать с какими-то составными частями своей головы, своего внутреннего мира: вот здесь эмпатия, здесь тяга к алкоголю, чувство юмора и т.д. Это помогает разложить себя на составные части. Понимание того, что ты, как целостный человек, состоишь из очень большого количества отдельных подчастей, облегчает жизнь. В кризисные ситуации ты понимаешь, к какой конкретной части есть смысл обратиться.

Было ли тебе тяжело при работе над таким эмоциональным подкастом?

Анна: Я погружаюсь в историю четыре раза: когда договариваюсь, продумываю вопросы, веду интервью и монтирую.

Честно, как человек с высоким уровнем эмпатии, я, мне кажется, плакала после каждой записи. Это было катарсисом. Каждая история заканчивается на светлой ноте, но в процесс приходится всё проживать с героем, и это такой взрыв внутри. Девушка приходила и рассказывала, как она жила в домашнем рабстве, и я помню, что на записи физически зажалась. То есть, администратор студии за всем этим наблюдала со стороны, а после записи подошла и сказала: «Ань, у тебя плечи закрывали уши во время записи».

Но оно того стоит. Во-первых, это правда за счёт того, что в конце всегда есть что-то светлое и хорошее – мне кажется, это вообще основная составляющая «Эскейпа». Вместе с тем, что я плохую часть проживаю с героем, я и хорошую тоже проживаю. В конце это всегда выход и облегчение, что светлое есть. Есть хорошее на любом дне.

Расскажи, про «Ты кидалт»: почему запустил и почему добавил видеоформат?

Алексей: Мы создавали диджитальное медиа про кидалт-культуру. А что такое кидалт-культура? Если бы у нас были вокруг похожие медиа и СМИ, мы бы ориентировались на них, посмотрели бы на их опыт работы с аудиторией. Но, к сожалению, про кидалт-культуру никто не пишет и не выделяет даже это слово.

Мы могли провести тысячу встреч по зуму с нашей аудиторией и поспрашивать у них, как они живут, что употребляют из поп-культуры. Но гораздо интереснее стало разговаривать не только с людьми, потребляющими поп-культуру, но и с теми, кто создаёт эту культуру. Если ты будешь разговаривать с теми, кто работает с этой же аудиторией, то сможешь узнать подробности о ней. Эти инсайты ты и забираешь себе в медиа.

Причём название появилось очень давно: мы часто говорили «кидалт-культура», «кидалт», и всплывала песня «Ты кидал» группы «5’nizza», и мы хотели когда-нибудь сделать из этого «Ты кидалт».

В отличие от подкаста «Эскейп», который можно делать очень долго, «Ты кидалт» нет смысла затягивать, потому что его главной задачей было лучше понять, для кого работает редакция «2×2.медиа».

Итогом подкаста «Ты кидалт» будет большой-большой документ, где будет очень подробно расписано поведение аудитории кидалтов.

Очень сложно охватить большую аудиторию, но хочется, чтобы слушало гораздо больше и не те, кто сидят на всех подкастерских сайтах и сервисах – хочется выходить чуть-чуть в сторону. Поэтому мы сделали видеоверсию.

У нас нет денег на большой продакшн: я ставлю одну камеру на штатив, не смотрю, записывает ли она, поэтому есть видосы, которые заканчиваются где-то на середине, а потом идёт заглушка с надписью: «Камера села, извините». Но всё равно есть понимание, что видеоверсия нужна.

Мы выкладываем подкаст на YouTube ради алгоритмов. Если бы в подкастинге были алгоритмы, то не было бы никаких вопросов.

Это, кстати, очень заметно. «Ты кидалт» слушают в два раза меньше, чем «Эскейп», иногда в три. Но, например, выпуск с Замаем из «Антихайпа» на YouTube собрал больше десяти тысяч просмотров. В подкастинге это считается хорошей цифрой.

 

Поэтому абсолютно логично делать видеоверсию или любую другую, но вытаскивать этот продукт туда, где работают алгоритмы.

Как ты выбирал гостей в «Ты кидалт?»

Алексей: Во-первых, было понимание – нам нужны люди, которые работают с кидалт-культурой. Я выписал себе области. Сначала по платформам: тикток, ютуб, подкасты, потом уже тематические вещи: какие люди читают комиксы, смотрят сериалы, анимацию и так далее. У тебя есть облако тегов, из которых ты начинаешь выбирать отдельных персонажей.

В первых выпусках я просто брал интервью у своих знакомых, но они все равно были люди с экспертизой. Я набивал себе шишки и учился. Потом уже переходил на людей, которых не знаю.

Сейчас я уже не так сильно волнуюсь. Если, например, подкасты «Эскейп» или «Поп-девичник» девчонки очень сильно монтируют, то в «Ты кидалт» история вообще не про это, а про узнавание инсайтов. Мне хотелось сделать разговорный, нишевый продукт и ничего особо не резать. Поэтому самое сложное было научиться час-полтора разговаривать без запинок. Ты понимаешь, что у тебя одна попытка без возможности остановиться.

Потом у вас запустился «Поп-девичник». Расскажи, как здесь проходила работа?

Алексей: Девчонки записали первый выпуск, но отдельно от «2×2.медиа». Тогда я предложил это делать в рамках медиа, потому что этот подкаст выполнял чёткую задачу – в основном сайты про поп-культуру или гик-культуру потребляют мужчины, и мы много об этом думали – почему это так.

Мы не только в контексте подкаста затрагивали эту тему, но и на сайте. И там мы встречались с очень жёстким прессингом от токсичных геймеров. Но это всё равно интересно исследовать.

Мне кажется, тут есть куда расширяться, куда смотреть.

«Ты кидалт» рано или поздно закончится, у «Эскейпа» будет третий сезон, что с «Поп-девичником»?

Алексей: Сейчас девчонки взяли перерыв на месяц-два. Они сходят в отпуск, и мы начнём думать о том, как бы это развивать и расширять. В «Ты кидалте» я вижу постоянный рост по чуть-чуть, который не зависит от темы.

В «Поп-девичнике» схватили одну цифру, так вот она и есть. Она стабильная, но, кажется, нужно идти шире, развиваться.

«Эскейп» — это подкаст о людях, которым разные методы развлечения помогли справиться с каким-то тяжелым, травмирующим опытом. Смерть близких, депрессия, посттравматические расстройства, абьюз.

Выбрав этот подкаст, вы прочитаете историю о том, как Анна взаимодействует с гостями подкаста, как находит героев и почему один выпуск не вышел.

Алексей: Подкаст вылился из понимания того, что мы пишем про кидалт-культуру, но мы не знаем, кто такие кидалты. Мы знаем теорию, но нам надо знать практику.

Это история о том, как узнать гораздо больше об аудитории от разных людей и забрать это себе.

Выбрав этот подкаст, вы прочитаете историю о запуске подкаста, цели видеоформата для «Ты кидалт» и «Эскейп» и выборе гостей.

Алексей: У подкаста чёткая задача – в основном сайты про поп-культуру или гик-культуру потребляют мужчины, и мы много об этом думали – почему это так, и если это так, зачем тогда писать о компьютерных играх для девушек.

Было интересно исследовать, поэтому этот подкаст выполняет задачу привлечения женской аудитории.

Выбрав этот подкаст, вы прочитаете историю о том, как проходит работа над «Поп-девичником» и что ждёт подкаст в будущем.

Телевидение + подкасты = ?

У вас перезапустился канал с новым форматом. Влияет ли это как-то на вашу работу и подкасты?

Алексей: Перезапуск ТВ никак не повлияет на подкастинг. Мы бы хотели более плотное переплетение всех частей канала, но пока это очень сложно.

Когда мы перезапускались, была идея сделать из этого реалити-шоу, хотелось, чтобы люди видели, как мы делаем этот перезапуск.

Опять же, так как все наши подкасты авторские, было бы круто, если бы был человек, который очень хотел этим заниматься. Но этого не случилось.

Есть проблемы в коммуникации диджитал и телека. К сожалению, это абсолютно разные люди, которые друг друга не всегда слышат и понимают. Я надеюсь, что мы сейчас попробуем как-то реструктуризироваться, чтобы наладить коммуникацию.

Все три подкаста – авторские внутри медиа. Что вы как «2×2.медиа» вкладываете в них?

Алексей: В медиа должен быть отдельный отдел подкастов, но, к сожалению, пока это всё ещё в зачатке. Мы стараемся исходить из тех бюджетов, которые у нас есть.

Я монтирую подкасты по ночам, потому что днём некогда. Очень сложно и непонятно, как это изменить. Нужно больше ресурсов: как человеческих, так и финансовых.

В целом, мне всё равно кажется, что авторская история — классная, потому что мы отдаёмся проекту целиком, и этим занимаются люди, которым это интересно. Если человек этим горит, пусть горит. Конечно, с какой-то стороны, особенно вначале, это было сложно, например, когда Аня занималась только одна «Эскейпом»: когда ты сам в это погружён, не у кого просить помощи.

То же самое у меня: сам делаю аудио, сам монтирую видео, выкладываю, ещё таскаюсь с кучей техники.

С одной стороны, это история, от которой надо бы сворачивать в более профессиональное русло, а с другой, мне кажется, это добавляет этим подкастам интимности и мотивации.

Если бы мы делали подкаст «Эскейп» все вместе, то постоянно спорили бы. Если бы пытались из этого сделать коммерческую историю в плохом плане и думали не от сердца, а думали от головы, цифр, KPI, он бы не был настолько классным.

Но в будущем хотелось бы иметь свой продакшн.

Алексей: То же самое у меня: сам делаю аудио, сам монтирую видео, выкладываю, ещё таскаюсь с кучей техники.

С одной стороны, это история, от которой надо бы сворачивать в более профессиональное русло, а с другой, мне кажется, это добавляет этим подкастам интимности и мотивационности.

Если бы мы делали подкаст «Эскейп» все вместе, то бы постоянно спорили. Если бы пытались из этого сделать коммерческую историю в плохом плане и думали не от сердца, а от головы, цифр, KPI, он бы не был настолько классным.

Но в будущем хотелось бы иметь свой продакшн.

Какие ещё есть планы?

Алексей: Мы научились немножко делать подкасты, разговаривать в микрофон, слышать, где хорошо, а где плохо, научились фичерить – всё продвижение делают ведущие подкастов.

Дальше нужно идти к новым горизонтам. Сейчас хочется делать истории гораздо сложнее и самое главное – пытаться нащупать формы, потому что форма разговора, интервью нам уже понятна.

У нас давно есть очень большая идея подкаста-радио. Есть подкаст «Welcome to night vale», и мы хотим что-то такое. Это уже не может быть просто авторской историей, нужны профессионалы, люди, которые будут заниматься саунд-дизайном.

Мы сейчас ждём и пытаемся нащупывать новые форматы и темы.

Анна: Мне очень понравилось делать подкасты и самое главное, что я поняла на этом опыте – иногда тебе не нужно иметь огромный бэкграунд, чтобы пойти и что-то сделать.

Можно просто зажмуриться и сделать так, как кажется правильным.

Кажется, что подкасты – удобная в этом плане точка входа, потому что с видео работать гораздо сложнее, с текстами – кому как.

Бонус: выпуски «Эскейпа», которые стоит послушать

Какие выпуски ты бы отнесла к самым сильным?

Анна: Для меня лично был очень важным выпуск Толи Ноготочки, потому что я из него для себя очень много почерпнула. Основная идея была в том, что Толе поставили биполярное расстройство и для него мемы – якоря. У него про большинство мемов есть история, за которую он цепляется. Это вытаскивает в период мании, депрессии, позволяет схватиться за что-то извне, за то, что не изменится, потому что ты вдруг подумал по-другому.

Я переняла эту методику для себя. У меня нет биполярного расстройства, но это всё равно очень помогает вырваться из каши в голове, когда тебя захлёстывает всё, и тебе кажется, что весь мир только в твоей голове.

Абсолютно точно любимый выпуск с крёстным. Я сама огромная фанатка: у меня на левой руке татуировка: БоДжек и Диана.

Очень важный выпуск для меня и самый сложный для записи – финальный выпуск второго сезона с Катей. Она моя подруга, и я знаю, что ей всегда очень сложно было рассказывать историю со смертью папы. Для «Эскейпа» она рассказала всё от и до, очень честно, искренне. После записи мы с ней сидели и рыдали по зуму, потому что она в Швеции. И сейчас я это вспоминаю и переживаю, как мы это всё записывали, тряслись.

Выпуск Никиты про «Человека-Паука» для меня невероятный, как и выпуск про девочку, которая спаслась из домашнего рабства благодаря игре. Если кто-то не снимет по этому сериал или фильм, вы зря живёте.

Какие выпуски ты бы отнесла к самым сильным?

Анна: Для меня лично был очень важным выпуск Толи Ноготочки, потому что я из него для себя очень много почерпнула. Основная идея была в том, что Толе поставили биполярное расстройство и для него мемы – якоря. У него про большинство мемов есть история, за которую он цепляется. Это вытаскивает в период мании, депрессии, позволяет схватиться за что-то извне, за то, что не изменится, потому что ты вдруг подумал по-другому.

Я переняла эту методику для себя. У меня нет биполярного расстройства, но это всё равно очень помогает вырваться из каши в голове, когда тебя захлёстывает всё, и тебе кажется, что весь мир только в твоей голове.

Абсолютно точно любимый выпуск с крёстным. Я сама огромная фанатка: у меня на левой руке татуировка: БоДжек и Диана.

Очень важный выпуск для меня и самый сложный для записи – финальный выпуск второго сезона с Катей. Она моя подруга, и я знаю, что ей всегда очень сложно было рассказывать историю со смертью папы. Для «Эскейпа» она рассказала всё от и до, очень честно, искренне. После записи мы с ней сидели и рыдали по зуму, потому что она в Швеции. И сейчас я это вспоминаю и переживаю, как мы это всё записывали, тряслись.

Выпуск Никиты про «Человека-Паука» для меня невероятный, как и выпуск про девочку, которая спаслась из домашнего рабства благодаря игре.

Если кто-то не снимет по этому сериал или фильм, вы зря живёте.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Предыдущее интервью
«Всё идёт в дело, главное – решить задачу». Интервью с Дмитрием Новожиловым
Следующее интервью
«Их голоса дают надежду»: маленькие истории на большую тему от Риты Логиновой
Меню

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: